Глава комтранса Енокаев рассказал про новый подход к платным парковкам

В зоне платной парковки начали устанавливать временные знаки «Остановка и стоянка запрещены», таким образом в Смольном надеются оперативно освобождать площадки для уборки в период снегопадов. В числе пилотных локаций — Средняя Подьяческая и Новгородская улицы, а также Дмитровский переулок. В целом после введения дифференцированных тарифов среднее число транзакций снизилось примерно на 30%, до 40 тысяч в день. При этом объём выявленных нарушений сократился на 26%: теперь каждые сутки фиксируется менее двух тысяч эпизодов. Несмотря на снижение количества парковок, средний доход в день вырос с 15 млн до 25,5 млн рублей. В комитете по транспорту заявили, что подготовили проект постановления, которое позволит водителям исправить ошибки, допущенные при оплате платной парковки, до конца суток. Корректировка призвана сократить число правонарушений, а также повысить удобство пользователей. Подробности — в эксклюзивном интервью шеф-редактора Business FM Петербург Максима Морозова с председателем комитета по транспорту Валентином Енокаевым.

Максим Морозов: Начнём с зимнего сезона. Пока погода сравнительно тёплая, однако периодически идёт дождь со снегом, скоро появятся сугробы. Какие силы и средства предусмотрены для уборки городских, перехватывающих автостоянок, а также парковочных мест в зоне платной парковки в зимний период?

Валентин Енокаев: В определённом смысле мы — дополнительный надзорный глаз, который может дать объективную картину для наших коллег. Наши парконы, которые фотографируют нарушителей, ездят по тем же самым улицам. Они всё видят и снимают. Мы в свою очередь оперативно готовим для коллег документы, подтверждённые фотофактами. В них мы рассказываем, где объективно убрано, а где всё ещё лежат здоровенные сугробы, которые нужно убрать.

Коллеги, которые работают на земле, зачастую пытаются рассказать, что всё убрано от снега. Мы же можем дать объективную картинку. Кстати, Евгений Николаевич Разумишкин зачастую обращается к нашему мнению, чтобы не только услышать бодрые доклады, но и увидеть некрасивые картинки, которые всех взбодрят.

Также мы собственными силами убираем перехватывающие и городские парковки, которые находятся за шлагбаумом. Для этого у нас есть техника, силы и средства, так что мы к этому готовы. В большей части города по некоторым дням и в определённое время действуют знаки «Остановка запрещена». Это время выделено специально для коммунальных служб, чтобы они имели возможность быстро убрать снежные массы вдоль бордюров, никому не помешав. Ситуация с платными парковками более деликатная.

Максим Морозов: В чём заключается особенность администрирования уборки в зоне платной парковки?

Валентин Енокаев: Здесь ситуация сложнее, так как мы только начали эксперимент по установке дополнительных знаков «Остановка запрещена». Получается, что на этих участках действует двойной режим. Первый — платная парковка с восьми до восьми каждый день. Второй режим — в четверг с восьми вечера до восьми утра. На данный момент мы сделали несколько таких улиц — Средняя Подьяческая, Новгородская и Дмитровский переулок. Далее мы будем смотреть, как работает эта система. В чём заключается сложность охватить такими знаками весь город? Получается стойка, на которой висит целая гирлянда знаков. В центре города мы зачастую крепим знаки к фасадам зданий. Однако не везде это можно сделать с технической точки зрения. Знак очень большой, из-за чего ветровая нагрузка на него также серьёзная. Он может просто упасть из-за парусности. Мы старались избегать таких знаков, в большинстве случаев их нет. Тогда действует режим, когда ночью стоять можно, это бесплатно.

В этой ситуации единственный вариант качественно убрать проезжую часть — выйти утром в момент, когда жители уже уехали на работу, освободив места, а те, кто работают в этой зоне или хотят приехать с деловыми целями — ещё не приехали. В данный момент работники коммунальных служб занимают места фишками, препятствующими парковке, и освобождают большую территорию для того, чтобы её разом убрать.

Мы в прошлом году подобным образом, синхронно, помогали коммунальным службам на самых тяжёлых улицах. Яркий пример — улица Рубинштейна, где оборачиваемость мест настолько большая, что там по-другому никак: надо выходить и физически препятствовать, чтобы очистить под уборку. В этом режиме и будем находиться. Наверное, диспозицию знаков с выделенным временем под уборку будем увеличивать.

Максим Морозов: Получается, что на данный момент знаки охватывают буквально три улицы. Планируется ли расширять географию? Какие локации рассматриваются?

Валентин Енокаев: Да, планируется. В первую очередь рассматриваются локации, на которых очень высокая оборачиваемость. В этих местах коммунальным службам сложно выбрать время, когда всё достаточно свободно. Если говорить по-простому, будем делать там, где попросят коммунальные службы.

Максим Морозов: В чём заключается эффект от введения дифференцированного тарифа в зоне платной парковки?

Валентин Енокаев: У платной парковки и дифференциации тарифа одна цель. Если на участке улицы такая запаркованность, что по приезде ты не можешь найти место, то надо что-то менять и, наверное, ужесточать. Целевое значение занятых мест — 80%-85%. При этом должно быть предложено 15%-20% свободных мест. В этом случае любой может достаточно быстро припарковаться, не задерживая движение, не создавая затор и паразитический трафик в виде езды вокруг квартала в поисках места. Если эти элементы уходят, оборачиваемость повышается, а пропускная способность увеличивается.

Образно говоря, улично-дорожная сеть — это кровеносная система. Если места на парковках отсутствуют, начинают возникать тромбы. Нужно чаще «прочищать сосуды», чтобы всё двигалось, не застревая.

Максим Морозов: Мне кажется, что аналогия с кровеносной системой не совсем точная, ведь давление крови в организме везде одинаковое. Улицы в Петербурге в свою очередь загружены по-разному. Введение зоны платной парковки и дифференцированного тарифа обоснованно, например, в центре города, где есть загруженные локации. В то же время в эту зону попадают и сравнительно незагруженные улицы, где много свободных мест. Однако там и зона платной парковки, и дифференцированный тариф. Насколько это справедливо? Какие подходы применяются для определения локаций?

Валентин Енокаев: Первая база по расчёту дифференцированного тарифа — это уровень прямой загруженности. То есть машины проехали, сфотографировали, сделали несколько итераций и поняли, насколько физически загружено то или иное место. После этого мы начинаем анализировать, кто паркуется. Это могут быть машины с разрешением жителя или разрешением многодетных, разовая оплата, месячный или годовой пропуск. Далее начинаем разбираться: если трафик резидентный, то нет смысла увеличивать стоимость в этой локации. В этом случае дифференцированный тариф ничего не изменит, так как он влияет только на транзитный трафик. Зачастую можно увидеть, что запаркованость высокая, а тариф не изменился.

Кроме того, мы учитываем связанность улиц. Допустим, на 8-й Советской достаточно высокий спрос на парковки. При этом на соседних, параллельных улицах он несколько ниже, а их связанность в свою очередь достаточно хорошая. Если мы условно сделаем максимальный тариф только на 8-й Советской, все сразу же переедут на соседние улицы. Так что мы делали эффект разглаживания: снижали градус в очень красных зонах и немного повышали в соседних, менее востребованных. Иначе случился бы резкий переход трафика.

Максим Морозов: Как меняется статистика нарушений, в частности пресловутое закрытие номеров? Комитет даже устраивал специальный рейд после введения дифференцированных тарифов.

Валентин Енокаев: В транспортной отрасли принято не делать выводов в первые два месяца после введения любых изменений. Человеческая природа устроена так, что они первоначально воспринимаются негативно, ведь человек привык делать иначе. Нарушения сократились, в том числе из-за сокращения потребления: частота, с которой люди приезжают и паркуются, снизилась.

Максим Морозов: У вас Big Data, у меня — личное впечатление одного отдельно взятого гражданина: я стал чаще видеть закрытые номера.

Валентин Енокаев: Этому способствует ваша профессия. Вы должны смотреть, предвосхищая, и видеть. Допустим, вы увидели такую ситуацию на Захарьевской улице. Бывает. Однако в остальных локациях всё нормально. Да и ситуация на Захарьевской на самом деле нормальная. Мы там работаем, выписываем штрафы, эвакуируем машины.

Максим Морозов: Можно ли добавить в парковочное приложение возможность корректировки данных в связи с возникновением технических ошибок при оплате парковки?

Валентин Енокаев:

Чтобы избежать технических ошибок, я рекомендую записывать автомобиль прямо в приложение и выбирать его, чтобы убедиться в отсутствии ошибки. Большинство пользователей так и делают.

Есть определённая юридическая сложность, связанная с фактором неоплаты. Это деяние влечёт за собой административное наказание. Факт неоплаты происходит в момент парковки, а не после. Так что эта юридически тонкая штука — возможность подкорректировать время окончания — обсуждается. В теории это возможно. Ими не стоит злоупотреблять, так как они не нарушают логику первичного нарушения. Сейчас есть две точки — начало оплаты и конец. Зачастую есть проблема с тем, что человек не успел доплатить и продлить сессию, то есть не смог правильно поставить точку окончания. Точку начала нельзя изменить, потому что деяние состоялось — человек либо оплатил, либо нет. Окончание оплаты в свою очередь — это теоретически допустимый разговор, который позволит избежать многих напряжений.

Допустим, человек не успел доплатить, но прошло всего две минуты. При этом водитель и оплатил, и получил штраф. Это вызывает ощущение несправедливости. Намерение же было позитивное, никакого злого умысла не было. Кажется, что изменение юридически возможно. Сейчас мы обсуждаем данный вопрос с депутатами, может быть, его удастся решить. Однако повторю, что изменить стартовую точку оплаты не получится.

Максим Морозов: Какова позиция комитета относительно предложения ввести дифференцированные штрафы: полторы тысячи рублей за первое нарушение и три — за повторное.

Валентин Енокаев: Мы занимаемся вопросом администрирования, то есть исполняем законы, которые принимают депутаты. Если такое решение будет принято, мы будет действовать. Тем не менее, административно такое разделение не очень удобно. Мы фиксируем машину, но штрафуем человека, обычно это собственник. Далее может выясниться, что за рулём был не собственник, а другой человек. Он в свою очередь это подтверждает, нам нужно перенести штраф. Может быть, у собственника уже было первое предупреждение на полторы тысячи, а у другого человека ещё нет. В таком случае начинается более сложное администрирование. ПДД не предусматривает таких разделений. Только инспектор может принять решение, выносить ли предупреждение или выписывать штраф, так как происходит живой, субъективный разговор.

При автоматической фиксации субъективизма нет. В этих случаях отрабатывают роботы, а не люди.

Первичный штраф как элемент предупреждения связан с субъективным решением, это ближе к физическому присутствию инспектора и его разговору с тем, кто нарушил.

Максим Морозов: Какие предложения жителей и депутатов по развитию зоны платной парковки обсуждаются на данном этапе? Я знаю, что звучали предложения о районе Варшавского экспресса и Обводного канала.

Валентин Енокаев: Обводный канал — это часть Адмиралтейского района. Юридически платная парковка там введена, однако тариф нулевой. Мы обсуждаем данную локацию. Это один из важнейших узлов, рядом вокзал, так что решение напрашивается. Тем не менее на данный момент мы не сделали конкретных выводов. Также сейчас обсуждаются забытые элементы улично-дорожной сети.

Максим Морозов: Получается, что в ближайшей перспективе зона платной парковки не будет расширяться?

Валентин Енокаев: Этого мы не планируем.