Максим Морозов: Резонансная, если не сказать скандальная, тема, которую обсуждают в Петербурге, — дифференциация, то есть де-факто повышение тарифов в зоне платной парковки. Кроме того, обсуждается и увеличение штрафов.
Виктория Нестерова: На самом деле все в шоке.
При этом нас постоянно сравнивают с Москвой и говорят: посмотрите, пожалуйста, какие там цены на парковки. Тем не менее, давайте сначала сделаем такой же уровень городского общественного транспорта, как в Москве. Давайте в конце концов закончим строительство нашего несчастного метро, достроим станции, которые нам обещали ещё 20 лет назад.Повышение стоимости платной парковки анонсировали, однако никто не ожидал, что её увеличат в четыре раза.
Максим Морозов: И чтобы станции метро были практически каждые 300 метров, как в Москве.
Виктория Нестерова: Совершенно верно. В этом случае людям будет удобно пользоваться общественным автотранспортом.
Так что, я понимаю, почему город гудит. Что касается штрафов, давайте уже сделаем миллион! Или сколько будет достаточно? Сейчас это способ пополнения бюджета. Лучше развивать промышленность и добиваться результатов, чем так обходиться с народом.Давайте сначала сделаем всё для того, чтобы на общественном автотранспорте можно было бы добраться в любое удобное место. Только после этого можно вводить повышение, чтобы разгружать центр. Сейчас же всё делается ровно наоборот. У нас огромные проблемы с вводом метрополитена: при этом мы подняли ценник на парковки в четыре раза.
Максим Морозов: Какими, на ваш взгляд, должны быть подходы в части тарифного регулирования?
Виктория Нестерова: Высокий тариф можно сделать, если через каждые 300-500 метров будет станция метро, на котором можно добраться в определённый район. Если же до ближайшей станции нужно ехать ещё четыре остановки на автобусе, то я не понимаю, как можно делать цену за парковку практически 400 рублей в час.
Максим Морозов: Продолжаем разговор. Курьеры возглавили рейтинг HeadHunter по приросту зарплат в Петербурге. За три месяца их медианная заработная плата выросла почти на 30 тысяч рублей, вплотную приблизившись к отметке в 150 тысяч. Чем можно объяснить такое «ралли»?
Виктория Нестерова: Повышение оплаты их труда, на мой взгляд, связан с двумя моментами. Первый — мы абсолютно отвыкли ходить за картошкой в магазин. Тенденция, которая заключается в том, что нам всё доставляют до квартиры, отучила людей ходить в магазины за продуктами и различными товарами. Соответственно, нежелание ходить с тележками по супермаркетам привела к огромному дефициту курьеров, который в свою очередь всегда рождает повышение оплаты. Это абсолютно рыночная история. Более того, она продолжит повышаться.
Кроме того, сейчас не так много людей, которые готовы работать в службах доставки: близится зима с не очень хорошими погодными условиями. Соответственно, повышение оплаты труда курьеров абсолютно естественный рыночный механизм.Чем больше мы не хотим ходить по супермаркетам, тем больше будут получать курьеры.
Максим Морозов: Если говорить в целом, как курьеры влияют на сферу занятости?
Виктория Нестерова: Люди хотят получать достойную, высокую заработную плату. Те, кто стремится сделать карьеру и увлечён какой-то деятельностью, не пойдут в курьеры. Есть определённый класс людей, которым важно просто получать 150 тысяч рублей. При этом они готовы работать на любой работе. Это тоже имеет место.
Максим Морозов: Наконец, третья тема, которую успеваем обсудить: Заксобрание приняло закон о проведении познавательных экскурсий для студентов колледжей и техникумов за счёт городского бюджета. Если говорить об экскурсиях, которые имеют характер профориентации, то насколько может быть эффективной мера?Свободный выбор свободных людей: если ты не хочешь развиваться, расти профессионально и строить карьеру, то есть прекрасная возможность работать курьером.
Виктория Нестерова: Я бы с большим любопытством почитала этот законопроект, чтобы понять, как именно и кого наши законодатели хотят обязать. На сегодняшний день экскурсии и профориентация — это личное дело каждого генерального директора и владельца компании. Это вопрос их готовности принимать экскурсии, нести риск травм и повреждений.
Если в законопроекте будет прописано, что государственные корпорации и предприятия, получающие государственные деньги, должны в обязательном порядке организовать профессиональные классы, как раньше водили девочек в цеха на швейных фабриках, где мы дружненько строчили, если мы возвращаемся именно к этому, то это великолепная история. Наши дети смогут прийти на различные предприятия и посмотреть на то, как работают представители различных профессий. Вопрос в том, кто будет этим заниматься: как, грубо говоря, заставить бизнес-сообщество работать в этом направлении.Когда ты привозишь на промышленные площадки несовершеннолетних, возникает определённая ответственность: не все хотят этим заниматься.
Максим Морозов: Как в таком случае можно мотивировать работодателей?
Виктория Нестерова: Только законом.
Допустим, на предприятиях есть квоты для работы, например, инвалидов. Стоит придумать аналогичный закон, чтобы в компаниях работало определённое количество молодых людей. Тем не менее, я не знаю, какой законопроект может мотивировать обычный частный бизнес брать студентов из колледжей и обучать их. Это потребует дополнительных ресурсов, денег, это серьёзная ответственность.Я считаю, что если ты получаешь государственные деньги, то должен нести социальную ответственность и заниматься профориентацией.
Максим Морозов: Согласен, это тема отдельного обсуждения.
Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Петербурге
Президент Ассоциации фермеров Ленобласти и Петербурга
Председатель совета «Городского объединения домовладельцев»
Архитектор, руководитель проекта «Центр развития комфортной городской среды»