Виктория Нестерова: различия промышленности города и области, данные по инфляции

Александр Дрозденко заявил, что Ленобласть может не выйти на уровень 2024 года по индексу промпроизводства: в регионе зафиксировали снижение производства автомобильных шин и продажи вагонов. В целом тревожные показатели отмечаются в ряде отраслей реального сектора экономики. Чего не скажешь про Петербург: председатель профильного комитета Александр Ситов рассказал ТАСС, что показатели промышленности в 2025 году стабильно росли, ситуация в городе традиционно лучше, чем в среднем по стране, поскольку здесь сформировался центр судостроения и крупного энергомашиностроения. В свою очередь, в ЦБ назвали инфляцию за 2025 год самой низкой за последние пять лет. Меньше всего подорожали непродовольственные товары, причём некоторые из них вообще подешевели: например, бытовые приборы, автомобили, инструменты и оборудование, говорится в официальном релизе Банка России. Итоги недели шеф-редактор Business FM Петербург Максим Морозов обсуждает с генеральным директором «Фирмы Изотерм» Викторией Нестеровой.

Максим Морозов: Во время трёхчасовой пресс-конференции Александр Дрозденко признал, что в промышленности Ленобласти назрели серьёзные проблемы, связанные как с производством, так и со сбытом продукции. Кроме того, развитие региональных предприятий сдерживают конкуренты из Китая. Как вам оценка ситуации со стороны губернатора?

Виктория Нестерова: На мой взгляд, она абсолютно объективна. У бизнеса действительно есть серьёзные проблемы. Мы неоднократно говорили, что они связаны с отсутствием денежных средств. Кроме того, сейчас у нас практически полностью открытая граница с Китаем, который везёт нам абсолютно всё подряд практически бесплатно. Несомненно, это тоже мешает развиваться нашей промышленности. Помимо этого, мы оказались в ситуации с низкой производительностью и высокой себестоимостью: когда Китай везёт нам товары и материалы, мы просто оказываемся неконкурентоспособны. Конечно, можно ввести пошлины и остановить Китай. Однако счастья от этого не будет, потому что проблема значительно глубже.

Мы не успели провести реструктуризацию производств, закупить оборудование на дешёвые деньги, открыть новые заводы. Думаю, что в долгосрочной перспективе это приведёт к большим проблемам. Когда заводы не выдержат конкуренции и закроются окончательно, Китай не будет поставлять нам товары по копеечным ценам. И мы в свою очередь получим новый виток инфляции.

Максим Морозов: Ещё одна обозначенная проблема — это вопросы, возникающие во время переориентации с западных на альтернативные рынки.

Виктория Нестерова: Любая переориентация рынка — это всегда очень сложно. Только люди, которые никогда не занимались производством и продажами, думают, что очень просто продавать сначала в Европу, а потом в Китай. От первого контакта до первой поставки могут пройти годы! Просадка производства неизбежна, когда в один момент закрываются все рынки сбыта.

Максим Морозов: Любопытно, насколько неоднородна петербургская-ленинградская агломерация. В то время как Ленобласть говорит о серьёзных проблемах, Петербург сообщает о достижениях. Александр Ситов заявил, что в 2025 году показатели промышленности в городе стабильно росли. Чем можно объяснить разнонаправленную динамику?

Виктория Нестерова:

В Санкт-Петербурге есть государственные оборонные заказы. У нас очень много судостроительных и оборонных заводов, которые работают на государственные деньги. Так что у них всё неплохо: в конце года подводят итоги, закрывают свои акты, у них свои KPI. Иногда это, может быть, немного похоже потёмкинские деревни. Тем не менее, сейчас работы в этих отраслях объективно очень много. Именно они чувствуют себя хорошо, тем самым вытаскивая показатели Санкт-Петербурга.

Максим Морозов: Если говорить о положении малых и средних частных промпредприятиях, которые не связаны с оборонкой?

Виктория Нестерова: По данным бизнес-сообщества, с которым я общаюсь, у всех наблюдается спад от минус 15-20% до минус 40-50% по оборотам и выпуску продукции. Все, кто работают на бизнес: на стройку, бизнес для бизнеса, не имеющий отношения к государственным заказам, столкнулись со снижением показателей. Даже если посмотреть структуру Особой экономической зоны, можно увидеть много фармацевтических компаний. Во все кризисы фармацевтические и пищевые производства всегда чувствуют себя хорошо. Они будут работать всегда. Не нам оценивать, хорошо это или плохо.

Максим Морозов: В Смольном традиционно много говорят о развитии инфраструктуры для промышленности — частные технопарки, расширение Особой экономической зоны. Также планируется создание новой площадки в Кронштадте, в том числе как полигона испытаний беспилотных авиационных систем. Как можно оценить эффективность такого рода помощи?

Виктория Нестерова: Сейчас очень сложно давать оценки. Если говорить про промышленные компании, то по большому счёту им не нужно помогать ничем кроме денег на инвестиции. Это все-таки частный бизнес, который должен думать о себе сам. Большая проблема, что сейчас у большинства нет возможности покупать оборудование под 1% годовых, как в Китае.

Мы занимаемся развитием Особой экономической зоны в Кронштадте. Где промышленность там будет брать людей для работы? Кто-то вообще проводил такую оценку? Например, мой завод находится в Колпинском районе. Могу сказать, что люди не едут из других районов, чтобы работать в Колпино. Соответственно, в Кронштадт тоже вряд ли кто-то поедет.

Для этого нужно создавать инфраструктуру: строить жилые дома, школы, детские сады. Только тогда люди, которые работают на предприятиях, смогут там полноценно жить. Представьте, какого уровня должен быть этот проект. Конечно, я очень надеюсь, что всё получится. Однако пока вопросов очень много.

Максим Морозов: Переходим на макроуровень. В ЦБ назвали инфляцию за 2025 год самой низкой за последние пять лет. Удалось ли Банку России достигнуть поставленных целей?

Виктория Нестерова: На мой взгляд, Центробанку удалось, например, замедлить рост инфляции. У них есть KPI в 4%, к которому они идут любой ценой. А любая цена — это закрытие компаний, рецессия стройки, огромный дефицит оборотных средств у компаний, рост числа неплатёжеспособных организаций, снижение темпов роста в регионах и снижение всех прочих показателей, кроме инфляции.

Мне любопытно узнать, кто решил, что инфляция в 4% — это норма.

Максим Морозов: Какую ключевую ставку можно назвать комфортной для бизнеса?

Виктория Нестерова: Последний раз по минпромторговским программам можно было получить пятилетние инвестиционные деньги под 12% годовых. Это более-менее подъёмная ставка. Однако, чтобы деньги были под 12%, ставка должна быть 9%-10%. Всё, что выше, просто останавливает развитие. Сейчас мы точно видим, что по-другому не работает.